Путь, Истина, Жизнь
Главная        Форум        Книга Урантии        Публикации        Сделано © душой        Урантийские семинары
Главная страница Главная страница


Поиск по тексту
« Глава 53     Оглавление     Глава 55 »

Жизнь Иисуса Христа

Глава 54. Среда – день отдыха



 

54.1. ДЕНЬ НАЕДИНЕ С БОГОМ

В тех случаях, когда Иисус и апостолы не были перегружены обучением людей, они, как правило, посвящали каждую среду отдыху. В ту среду они позавтракали несколько позднее обычного. В лагере стояла зловещая тишина, и первая половина утренней трапезы прошла почти в полном молчании.

Наконец, Иисус заговорил: «Я желаю, чтобы сегодня вы отдохнули. Обдумайте спокойно всё, что произошло со времени нашего прихода в Иерусалим, и поразмыслите о том, с чем вам предстоит вскоре столкнуться и о чём Я уже говорил вам. Стремитесь к тому, чтобы истина утвердилась в вашей жизни и чтобы каждый день вы росли в благодати».

После завтрака Иисус сообщил Андрею, что Он собирается отсутствовать в течение дня, и предложил, чтобы апостолам было позволено провести это время по собственному усмотрению, с одной оговоркой – ни в коем случае не посещать Иерусалим.

Когда Иисус уже собирался отправиться в одиночестве в горы, Давид Зеведеев обратился к Нему со словами: «Ты прекрасно знаешь, Учитель, что фарисеи и старейшины пытаются убить Тебя, и всё равно, Ты собираешься один идти в горы. Это было бы безумием. Поэтому Я пошлю с тобой трёх человек, которые сумеют позаботиться о Твоём благополучии».

Взглянув на трёх дюжих, хорошо вооружённых галилеян, Иисус сказал Давиду: «Ты желаешь добра, но ошибаешься, ибо не понимаешь, что Сыну Человеческому не нужны защитники. Никто не обидит Меня, пока не настанет час, когда Я буду готов отдать Свою жизнь в согласии с волей Отца. Я не разрешаю этим людям сопровождать Меня. Я хочу побыть наедине с Отцом Моим».

Услышав эти слова, Давид и его вооружённые охранники ушли. Однако когда Иисус начал удаляться, Иоанн Марк подошёл к Нему, держа в руках небольшую корзину с едой и питьём, и высказал предположение, что Иисус может проголодаться, поскольку собирается уйти на целый день. Учитель улыбнулся Иоанну и протянул руку, чтобы взять корзину.

Когда Иисус уже хотел взять корзину с едой из рук Иоанна, этот юноша собрался с духом и сказал: «Но, Учитель, может случиться так, что Ты поставишь корзину на землю, чтобы помолиться в одиночестве, и забудешь её. Кроме того, если Ты позволишь мне идти рядом и нести еду, Тебе будет легче молиться, а я обещаю молчать. Я не задам ни одного вопроса и буду сторожить корзинку, когда Ты будешь уединяться для молитвы».

Произнося эти слова, отчаянная смелость которых потрясла некоторых из стоявших поблизости людей, Иоанн Марк не выпускал из рук корзину. Так они и стояли, Марк и Иисус, держась за корзину.

Через мгновение Учитель отпустил её и, взглянув на юношу, сказал: «Раз уж ты всем сердцем жаждешь стать Моим спутником, тебе не будет отказано в этом. Мы отправимся в путь вдвоём и хорошо побеседуем. Ты можешь задать Мне любой вопрос, который возникнет в твоей душе, и мы будем успокаивать и утешать друг друга. Ты можешь первым нести еду, а когда устанешь, Я помогу тебе. Идём со Мной».

В тот вечер Иисус вернулся в лагерь лишь после захода солнца. Учитель провёл Свой последний спокойный день на Земле в беседе с юношей, который жаждал познать истину, и в общении со Своим Райским Отцом. Иисус долго беседовал с Марком, откровенно рассказывая ему о делах этого и следующего мира. Марк сказал Иисусу, сколь глубоко он сожалеет о том, что из-за своей молодости не смог стать одним из апостолов, и выразил огромную признательность за то, что ему было позволено следовать за ними со времени первой проповеди у переправы через Иордан вблизи Иерихона, за исключением путешествия в Финикию. Иисус предупредил юношу, чтобы тот не унывал из-за надвигавшихся на них событий, и заверил его, что ему уготовано будущее могущественного посланника Царства.

Иоанн Марк с трепетом вспоминал этот день, проведённый вместе с Иисусом в горах, но он всегда помнил последнее предостережение Учителя, произнесённое непосредственно перед их возвращением в гефсиманский лагерь: «Ну вот, Иоанн, мы хорошо побеседовали и провели настоящий день отдыха, но смотри, никому не рассказывай о том, что Я поведал тебе».

И Иоанн Марк действительно никогда не раскрывал ничего из того, что произошло в тот день, проведённый вместе с Иисусом в горах.

На протяжении недолгих оставшихся часов земной жизни Иисуса Иоанн Марк практически не спускал с Него глаз. Юноша, не привлекая внимания, всегда был рядом: он спал лишь тогда, когда спал Иисус.

54.2. БЕСЕДА С ИОАННОМ МАРКОМ

В тот день, проведённый вместе с Иоанном Марком, Иисус посвятил много времени сопоставлению их детства и отрочества. Хотя родители Иоанна были более состоятельными, чем родители Иисуса, их впечатления детства оказались в значительной мере одинаковыми.

Когда юноша спросил, откуда Иисусу известно, что он превратится в «могущественного посланника Царства», Иисус ответил: «Я знаю, что ты сохранишь преданность Радостной Вести Царства, поскольку Я могу положиться на твою нынешнюю веру и любовь, – ведь эти качества опираются на то начальное воспитание, которое ты получил в кругу семьи. Ты вышел из семьи, где родители искренне привязаны друг к другу, и потому ты не испытал на себе той чрезмерной любви, которая привела бы к пагубному самовозвеличению. С другой стороны, ты уберёгся от заблуждений, идущих от бездушных родительских интриг, когда родители пытаются перехитрить друг друга в борьбе за доверие и преданность детей. Тебе довелось испытать ту родительскую любовь, которая прививает похвальную уверенность в себе и укрепляет обычное чувство безопасности.

Но тебе повезло также в том, что твои родители отличались не только любовью, но и мудростью. Именно мудрость помогла им удержаться от большинства одолжений и многих наслаждений, которые может позволить себе богатство. Вместо этого они послали тебя в синагогу вместе с другими соседскими мальчиками. Кроме того, позволяя тебе приобретать собственный опыт, они помогали тебе учиться этой жизни. Ты появился на Иордане – где мы проповедовали, а ученики Иоанна крестили, – вместе со своим молодым другом Амосом. Вы оба желали отправиться вместе с нами в путь. Когда ты вернулся в Иерусалим, твои родители дали согласие, а родители Амоса отказали ему: они любили своего сына настолько, что отказали ему в том благословенном опыте, который смог получить ты и который ты продолжаешь приобретать сегодня. Убеги Амос из дома, он мог бы присоединиться к нам, но этим он оскорбил бы любовь и пожертвовал преданностью. Даже если бы такой поступок Амоса и был мудрым, ему пришлось бы заплатить страшную плату за свой опыт, независимость и свободу. Мудрые родители, подобные твоим, заботятся о том, чтобы их детям по достижении твоего возраста не приходилось ранить любовь или жертвовать преданностью для обретения независимости и воодушевляющей свободы.

Любовь, Иоанн, это высшее, что есть во вселенной, когда она посвящается премудрыми созданиями. Но она становится опасной и нередко полукорыстной в том виде, в котором она проявляется в опыте смертных родителей. Когда ты женишься и будешь воспитывать собственных детей, позаботься о том, чтобы мудрость наставляла твою любовь, а ум руководил ею.

Твой юный друг Амос верит в эту Радостную Весть Царства так же глубоко, как и ты, но Я не могу целиком положиться на него. Я не могу с уверенностью сказать, чем он будет заниматься в будущем. Его детство не было таким, которое создаёт полностью надёжного человека. Амос слишком похож на того апостола, которому не удалось получить хорошее, исполненное любви и мудрости домашнее воспитание. Вся твоя последующая жизнь будет более счастливой и заслуживающей доверия, ведь первые восемь лет ты провёл в хорошей и благополучной семье. Ты силён и надёжен благодаря тому, что вырос в доме, где господствовала любовь и правила мудрость. Полученное тобою в детстве воспитание порождает такую преданность, которая позволяет Мне быть уверенным в том, что ты не бросишь начатое тобою дело».

54.4. ДЕНЬ, ПРОВЕДЁННЫЙ В ЛАГЕРЕ

Большую часть этого дня апостолы провели в прогулках по Масличной горе и беседах с учениками, жившими в том же лагере, но уже в начале второй половины дня им стало очень не хватать Иисуса. Они всё больше тревожились за Его безопасность. Без Иисуса они чувствовали себя невыразимо одиноко. Весь день они много спорили о том, следовало ли позволять Учителю уходить в горы в сопровождении одного только юноши. Хотя никто открыто не признавался в этом, каждый из них, за исключением Иуды Искариота, хотел бы оказаться на месте Иоанна Марка.

Примерно в середине второй половины дня Нафанаил выступил с речью, среди его слушателей было с полдюжины апостолов и столько же учеников.

В заключение он сказал: «Большинству из нас мешает нерешительность. Мы неспособны любить Учителя так же, как Он любит нас. Если бы все мы желали отправиться с Ним так же сильно, как Иоанн Марк, Он обязательно взял бы нас с Собой. Мы стояли рядом и смотрели, как юноша подошёл к Учителю и предложил Ему корзину, но когда Учитель взялся за неё, Иоанн не захотел её отпускать. И вот Учитель оставил нас здесь и ушёл в горы с корзиной, в сопровождении одного лишь юноши».

Примерно в четыре часа к Давиду Зеведееву прибыли гонцы с сообщением от его матери из Вифсаиды и от матери Иисуса. Несколькими днями ранее Давид пришёл к заключению, что старшие священники и старейшины собираются убить Иисуса. Давид знал, что они поставили своей целью уничтожить Учителя, и почти не сомневался в том, что Иисус не прибегнет к Своей божественной силе для Собственного спасения и не позволит Своим последователям использовать силу для Его защиты. Сделав эти выводы, Давид тотчас направил своей матери послание, призывая её немедленно прибыть в Иерусалим и привести с собой Марию, мать Иисуса, а также всех членов Его семьи.

Мать Давида поступила так, как велел её сын, и теперь гонцы вернулись к Давиду, сообщая, что его мать и вся семья Иисуса направляются в Иерусалим и должны прибыть сюда к концу следующего дня или днём позже рано утром. Давид сделал всё это по своей личной инициативе, и он посчитал за лучшее никому не рассказывать об этом. Поэтому ни один человек не знал, что семья Иисуса находится на пути в Иерусалим.

Вскоре после полудня более двадцати греков, встречавшихся с Иисусом и двенадцатью в доме Иосифа Аримафейского, прибыли в лагерь, где в течение нескольких часов совещались с Петром и Иоанном. Греки – по крайней мере, некоторые из них, – получили хорошую подготовку в вопросах Царства у Родана Александрийского.

В тот вечер, вернувшись в лагерь, Иисус побеседовал с греками, и если бы не боязнь чрезвычайно обеспокоить Своих апостолов и многих ближайших учеников, Иисус посвятил бы этих двадцать греков точно так же, как Он уже посвятил семьдесят евангелистов.

В то время, когда в лагере происходили все эти события, в Иерусалиме старшие священники и старейшины изумлялись тому, что Иисус не возвращается, чтобы обратиться к народу. Правда, накануне, покидая Храм, Он сказал: «Я оставляю ваш дом заброшенным». Но они не могли понять, почему Он был готов отказаться от приобретённого к тому времени огромного преимущества – сочувственного отношения толпы. Хотя они и опасались, что Он всколыхнёт народ, поднимет его на бунт, последние слова, с которыми Учитель обратился к людям, являлись призывом всеми разумными путями подчиняться власти тех, кто «сидит на месте Моисея». Это был напряжённый день, ведь они одновременно готовились к Пасхе и уточняли свои планы убийства Иисуса.

В лагере было мало посетителей: те, кто знал, что Иисус собирается оставаться здесь (вместо того, чтобы каждый вечер уходить в Вифанию) держали существование лагеря в глубокой тайне.

54.5. ИУДА ИСКАРИОТ И СТАРШИЕ СВЯЩЕННИКИ

Вскоре после того как Иисус и Иоанн Марк покинули лагерь, Иуда Искариот исчез, вернувшись к своим собратьям только к вечеру. Несмотря на то что Учитель специально просил воздержаться от посещения Иерусалима, этот запутавшийся и недовольный апостол спешно отправился в город на встречу с врагами Иисуса, которая состоялась в доме у первосвященника Кайафы. Неофициальное заседание Совета должно было начаться вскоре после десяти часов утра. На этой встрече они собирались обсудить характер обвинений, которые предстояло выдвинуть против Иисуса, а также решить, какую процедуру следует использовать для того, чтобы доставить Его к римским властям и обеспечить необходимое утверждение гражданской властью уже вынесенного смертного приговора.

Днём ранее Иуда рассказал некоторым родственникам и саддукеям, друзьям семьи его отца, что он убедился в том, что Иисус является благонамеренным мечтателем и идеалистом, а не долгожданным Избавителем Израиля. Иуда заявил, что ему очень хотелось бы найти какую-нибудь возможность достойно покинуть это движение. Его друзья льстиво заверили его в том, что его уход будет приветствоваться иудейскими правителями как великое событие, значение которого будет трудно переоценить. Они заставили его поверить, что он удостоится высоких почестей Совета и наконец-то сможет стереть с себя клеймо позора, – его благонамеренную, но прискорбную связь с невежественными галилеянами.

Иуда не мог по-настоящему поверить в то, что Иисус творит Свои чудеса силой властителя бесов, но теперь он был полностью убеждён: Иисус не станет использовать Своё могущество для самовозвеличения. Наконец, Иуда убедился в том, что Иисус позволит иудейским правителям убить Себя, и он не мог вынести унизительной мысли – оказаться причастным к разгромленному движению. Он не собирался мириться с явным поражением. Он хорошо понимал твёрдый характер Учителя и проницательность Его величественного и милосердного разума. И тем не менее, ему было приятно хотя бы отчасти разделять мнение одного из родственников о том, что Иисус, оставаясь благонамеренным фанатиком, был, вероятно, не в Своём уме, что Он всегда выглядел странным и непонятым Человеком.

И теперь, как никогда прежде, Иуда осознал, что испытывает странное негодование из-за того, что Иисус так и не назначил его на более почётную должность. Прежде он всегда ценил то, что ему доверили должность апостольского казначея, но теперь начал чувствовать, что его не оценили по достоинству и что его способности остались непризнанными. Внезапно его охватило негодование, когда он подумал, что именно Пётр, Иаков и Иоанн удостоились чести близкого общения с Иисусом. И теперь, когда он направлялся к первосвященнику, стремление расквитаться с Петром, Иаковом и Иоанном поглощало его куда больше, чем мысль о своём предательстве Иисуса. Но помимо всего прочего, именно в тот момент на переднем плане в его сознании начала появляться новая, преобладающая мысль: он решил добиться почестей для себя, а если одновременно с этим можно было свести счёты с виновниками величайшего в его жизни разочарования, то тем лучше. Им овладела смесь смятения, гордыни, отчаяния и решительности. Поэтому отнюдь не деньги вели Иуду в дом Кайафы, где ему предстояло договориться о своём предательстве Иисуса.

Подходя к дому Кайафы, Иуда утвердился в мысли покинуть Иисуса и своих собратьев-апостолов. Решив, таким образом, предать дело Царства, он поставил своей целью добиться для себя как можно больше тех почестей и славы, которые, как он полагал, впервые связывая себя с Иисусом и новой Радостной Вестью Царства, должны были когда-нибудь достаться ему. Прежде все апостолы лелеяли такие же честолюбивые мечты, но с течением времени они научились восхищаться истиной и любить Иисуса, – во всяком случае, больше, чем Иуда.

Предатель был представлен Кайафе и еврейским старейшинам его двоюродным братом, который объяснил, что Иуда – обнаружив, что было ошибкой позволить «коварному» Учению Иисуса ввести себя в заблуждение, – прибыл туда, где он желал бы публично и официально отречься от своей связи с Галилеянином и одновременно просить о восстановлении в доверии и братстве своих собратьев-иудеян. Как объяснил далее этот представитель Иуды, он признаёт, что для сохранения мира в Израиле Иисуса следует взять под стражу и что он пришёл, чтобы (в подтверждение своего раскаяния в том, что он принимал участие в таком ошибочном движении, и в доказательство искреннего возврата к учениям Моисея) предложить Совету свои услуги. Поскольку Иуда, вместе с командиром стражи, имеющим приказ об аресте Иисуса, может устроить так, чтобы этого Человека можно было арестовать тихо и тем самым полностью исключить опасность народных волнений или необходимость откладывать арест до окончания Пасхи.

Когда двоюродный брат умолк, он представил Иуду, который, подойдя поближе к первосвященнику, сказал: «Я сделаю всё, что обещал мой кузен, но что вы готовы предложить мне за эту услугу?»

Иуда не заметил выражения презрения и отвращения, которое появилось на лице даже жестокого и тщеславного Кайафы: сердце Иуды слишком стремилось к личной славе и жаждало того удовлетворения, которое даёт самовозвеличение.

Взглянув на предателя, Кайафа сказал: «Иуда, ступай-ка к начальнику стражи и договорись с ним о том, чтобы привести своего Учителя к нам сегодня или завтра вечером. И когда ты передашь Его нам в руки, ты получишь награду за свои услуги».

Услышав это, Иуда покинул старших священников и старейшин и обговорил с командиром храмовой стражи план ареста Иисуса. Иуда знал, что в то время Иисуса не было в лагере, и совершенно не представлял себе, когда Он вернётся. Поэтому они договорились арестовать Иисуса на следующий день (в четверг) вечером после того, как жители Иерусалима и прибывшие сюда паломники отправятся на покой.

Иуда вернулся к своим соратникам в лагерь, опьянённый давно уже не посещавшими его мечтами о величии и славе. Примкнув к Иисусу в надежде на то, что однажды он станет великим человеком в Царстве, он, наконец, понял, что новому Царству – такому, какого ждал он, – не бывать. И всё же он радовался, что оказался настолько благоразумным, чтобы обменять свои разочарования, связанные с невозможностью достигнуть славы в том новом Царстве, которого он ждал, на быстрое обретение почестей и наград при старом порядке, который, как он теперь полагал, сохранится и который, как был уверен, уничтожит Иисуса и то, что Он олицетворяет. Последний осознанный мотив предательства Иуды раскрывает трусливый поступок эгоистичного дезертира, единственной целью которого было обезопасить и прославить самого себя, невзирая на те последствия, которыми было чревато его поведение для Иисуса и бывших собратьев.

Наконец-то старшие священники и старейшины могли вздохнуть с облегчением, получив на несколько часов передышку. Теперь им не нужно было арестовывать Иисуса прилюдно, а получив в качестве союзника предателя Иуду, они могли быть уверены, что Иисус не уйдёт от их суда, как это уже не раз случалось в прошлом.

54.6. ПОСЛЕДНИЕ БЕСЕДЫ

Поскольку всё это происходило в среду, вечер в лагере прошёл в общении. Иисус пытался приободрить Своих удручённых апостолов, но это было практически невозможно. Все они начинали понимать, что надвигаются мрачные и тяжёлые события. Они не повеселели даже тогда, когда Учитель вспомнил о тех насыщенных событиями и исполненных любви годах, которые они провели вместе. Иисус внимательно расспросил апостолов об их семьях и, глядя на Давида Зеведеева, осведомился, не было ли в последнее время сообщений от матери, младшей сестры или других членов Его семьи. Давид смотрел себе под ноги: он боялся ответить.

В тот вечер Иисус предупредил Своих сторонников не полагаться на поддержку толпы. Он напомнил о том, что им довелось испытать в Галилее, когда, раз за разом, людские толпы с энтузиазмом устремлялись за ними, а затем с той же страстью отворачивались от них и возвращались к своей прежней вере и жизни.

И затем Иисус сказал: «Поэтому вы не должны позволять огромным толпам, которые слушали нас в Храме и, казалось, верили нашему учению, вводить вас в заблуждение. Толпа слышит истину и верит ей поверхностно, умом, но мало кто из этих людей позволяет словам истины сразу пустить живые корни в своих сердцах. Когда придёт настоящая беда, вы не сможете надеяться на поддержку тех, кто знает Радостную Весть лишь умом и не прочувствовал её своим сердцем. Когда правители евреев договорятся об убийстве Сына Человеческого и сообща нанесут удар, вы увидите, как толпа либо разбежится в панике, либо застынет в молчаливом изумлении, пока эти ослеплённые правители будут вести учителей Радостной Вести на казнь. А затем, когда вражда и преследования обрушатся на вас, другие – которые, как вы считаете, любят истину, – будут рассеяны, а иные отрекутся от Учения и бросят вас. Некоторые из тех, кто был очень близок к нам, уже решили бежать. Сегодня вы отдохнули, готовясь к тем временам, которые надвигаются на нас. Потому будьте осмотрительны и молитесь о том, чтобы завтра вы укрепились, дабы устоять в те дни, на пороге которых мы находимся».

Атмосфера в лагере была накалена до предела. Молчаливые гонцы появлялись и исчезали, общаясь только с Давидом Зеведеевым. До наступления ночи кое-кто уже знал, что Лазарь спешно бежал из Вифании. После возвращения в лагерь Иоанн Марк хранил зловещее молчание, несмотря на то что провёл весь день в обществе Иисуса. Все попытки расспросить его ясно показывали, что Иисус велел ему молчать.

Даже хорошее настроение и необычная общительность Учителя пугали их. Они смутно ощущали, что их ждет, и ни один из них не чувствовал себя готовым к этому испытанию.

За всё время вплоть до смертного часа Иисуса, апостолы никогда так не падали духом, как этим вечером в среду. Хотя в четверг они ещё на один день приблизились к трагической пятнице, тем не менее, Он был с ними, и они лучше справились с волнениями того дня.

Незадолго до полуночи Иисус, знавший, что это станет последней ночью, которую Он сможет спокойно провести вместе со Своей избранной семьёй на земле, сказал, отпуская их на ночлег: «Отправляйтесь на покой, братья Мои. И пусть мир будет с вами, пока мы не проснёмся и не встретим день завтрашний, – ещё один день для исполнения воли Отца и радости от понимания того, что мы – Его сыны».


Поиск по тексту
« Глава 53     Оглавление     Глава 55 »

 


ђҐ©вЁ­Ј@Mail.ru


Главная страница